19:38 

lock Доступ к записи ограничен

Skjelle
железобетонный слэшер
содом и гоморра

00:08 

MISS TAKES 「rechecked」

D. ~munashii
☥ ♠
Иногда в интернете такие интересные факты про Ацуши (кстати, про Buck-Tick вообще) встречаются. ^^’ А еще таблоиды все так не любят, что аж сами их досочиняют.
Чтобы поправить эти "факты", я копнула японские источники и перечитала переведенный на английский материал. Сами ошибки я подобрала по памяти. Моралфагов прошу не беспокоиться, потому что информация и так всем доступна, всё из книг и журналов (кроме дочери и второго(?) сына). (НО помните, что единственные оригинальные источники, поднимавшие вопросы личной жизни, - желтая пресса и чужая автобиография, не связанные с деятельностью Buck-Tick и с самим Ацуши; помечено серым, т.к. а был ли мальчик?).
И еще прошу этот текст никуда не копипастить. Всё равно вешаю открытым постом. Если хотите где-то поделиться, давайте только ссылку.

Сакураи Ацуши играет на скрипке и баяне. (Иногда ещё на ситаре).
Ни на чем из этого он не играет. Баян и ситар можно объяснить: с баяном Ацуши фотографировался для буклета к альбому “Aku no Hana” и снимался в клипе “The World is Yours”, а с ситаром он играется на одной из фотографий в журнале Buck-Tick Club (1991г.) А скрипка... Ну, это кто-то неправильно прочел один англоязычный текст.
Он играл на ударной установке и саксофоне. В подростковом возрасте с неделю пытался играть на гитаре, но она его не впечатлила.

Читать дальше

English version of this post. (есть небольшие различия)
запись создана: 09.12.2012 в 02:29

@темы: buck-tick, acchan, sakurai atsushi

18:48 

покойник
долой хуястых сволачей!!!!!!
О принуждении или почему она не сопротивлялась

Одним из бесчисленного количества мифов, окружающих проблему сексуального насилия, является убеждение, что при изнасиловании женщина непременно оказывает ожесточенное сопротивление – иначе какое же это изнасилование, верно? И это так далеко от реальности – так, согласно исследованиям, физическое сопротивление оказывают только 20-25% жертв (Ullman SE. A 10-Year Update of «Review and Critique of Empirical Studies of Rape Avoidance». Criminal Justice and Behavior. 2007;34:411-429).
В этой статье уже освещалась одна из причин, по которой жертвы очень часто не сопротивляются насилию. Приведенный ниже текст рассматривает другой аспект этой проблемы.

Перевод поста из другого блога, оригинал находится здесь. Автор: Харриет Джейкобс.
Огромная благодарность frau_zapka за редакторскую правку.

Недавно Savage Love давал советы девушке, которая была изнасилована своим бывшим бойфрендом. Ее нынешний бойфренд продемонстрировал, что недостоин называться человеком, посчитав, что при изнасиловании не было такого уж несогласия, и/или оно было не настолько «насильственным» чтобы его нельзя было считать изменой.

Девушка пришла на вечеринку, где также присутствовал ее бывший. Когда она уходила, он проводил ее до машины, прижал ее к ней и начал целовать, одновременно пытаясь стянуть с нее штаны. Она неоднократно говорила «нет», отталкивала его, натягивала штаны обратно, но он игнорировал все ее протесты и продолжал до тех пор, пока она не решила просто дать ему покончить с этим, чтобы он наконец оставил ее в покое.

Обстоятельства совершенно ясно указывают на то, что это было изнасилование, хотя, как с неумолимой и безжалостной точностью объясняет Dan Savage, ей пришлось бы очень сильно постараться, чтобы закон признал это изнасилованием. Несмотря на то, что случившееся попадает под определение изнасилования — за все время она ни разу не дала согласия и неоднократно указывала на свое несогласие — отсутствие применения очевидной грубой силы и насилия, а также ее последующий отказ от сопротивления, скорее всего, на суде были бы сочтены согласием.

Мое изнасилование произошло при очень похожих обстоятельствах. Я сообщила своему теперь уже бывшему мужу, что хочу развода. Я также сказала ему, что мы можем заняться сексом, потому что понимала, что если я не соглашусь, он меня попросту изнасилует. Он долго настаивал на анальном сексе, но я упорно отказывалась. Мы попрепирались какое-то время, я стояла на своем. В конце концов он отступился, мы занялись сексом «по согласию», и тут он переключился на анал. И я не пыталась отбиться и не продолжала говорить «нет». Я только хотела, чтобы это поскорее закончилось.

У меня не было сомнений в том, что случившееся является изнасилованием. Были колебания, было притворное отрицание, но по большому счету я не сомневалась. Я знала. Я бы очень хотела, чтобы это было не так, но я точно знала, что это оно. Я знала, потому что сказала «нет» — громко, несколько раз — а когда кто-то трахает тебя после того, как ты сказала «нет», это изнасилование по определению.

Но также я знала из-за того, как чувствовала себя после этого. Потому что это было так непохоже на другой секс. Потому что я провела большую часть времени, представляя, что я дерево за окном, говоря себе «скоро он закончит, и все это будет в прошлом», и потому что после этого сказала себе «я признаюсь себе в том, что здесь произошло, не раньше, чем буду в квартире, ключа от которой у него нет».

И теперь, когда я пережила изнасилование, у меня в голове не укладывается, как кто-то может посмотреть на ситуацию, описанную Dan Savage или мою, и задаться вопросом, является ли это изнасилованием. Если было сказано «нет», а секс все равно произошел, то это изнасилование — люди, это настолько очевидно, что сам факт существования подобного рода сомнений только показывает, что наше общество хочет сделать изнасилование допустимым при как можно более широком спектре обстоятельств.

Но также я знаю, что многие люди — и я сама в том числе, в то недостижимо далекое время «до» — действительно задаются вопросом, как и когда насилие и принуждение становятся частью изнасилования. Ведь кажется, что для того, чтобы изнасилование вообще стало возможным, какое-то принуждение необходимо — как еще может произойти секс без согласия одной из сторон? Конечно, это может быть и не прямое физическое насилие, а угроза его применения, что-то вроде «Я тебя изобью, если ты мне не подчинишься». Это тоже совершенно очевидное принуждение.

Но как насчет изнасилований, похожих на ее или мое, где не было ни угроз, ни побоев? Было ли в них принуждение?

Этот пост обращен к тем людям, которые сами не были изнасилованы и, возможно, к некоторым из тех, которые были, но до сих пор не в состоянии признать это. Я хочу объяснить, как случается изнасилование без насилия, и почему это все равно изнасилование и все равно принуждение.

Несколько лет назад я сдружилась с одним парнем со своей работы. Это был славный парень — тихий, застенчивый, любитель пошутить. Он устроил своего лучшего друга — они были друзьями с трех лет — к нам на работу. И его друг мне очень не понравился. Он постоянно отпускал гомофобские комментарии, рассказывал какие-то дикие истории о своих совершенно невероятных сексуальных подвигах с женщинами, и просто был приставучим и надоедливым.

В один прекрасный день Парень №1 сказал, что рассорился с Парнем №2. Он не хотел распространяться на эту тему, только сказал, что больше никогда — НИКОГДА — не заговорит с ним. Парень №1 был довольно стоек в своем решении не объяснять обстоятельств и на все вопросы отвечал лишь «Это не из-за девушки». Парень №2 ходил повсюду с очень мрачным видом, постоянно вздыхая, сопя и стеная о том, что его жизнь разрушена, как все х-во, как все тяжело, что он просто не в состоянии ни на чем сосредоточиться сегодня, а потому не могли бы мы поговорить с Парнем №1?

Я не стала расспрашивать у Парня №1, что же случилось, поскольку мне совершенно не хотелось вмешиваться в чужие разборки. Но однажды, много месяцев спустя, мы с ним вместе зависали и, хм, накурившись определенных веществ, впали в счастливое состояние эйфории, гармонии и единения. Он спросил меня «Хочешь узнать, что на самом деле произошло между мной и Парнем №2?» И он выглядел таким серьезным, что я постаралась протрезветь, сделала серьезное лицо и сказала «Конечно, если хочешь поделиться».

И Парень №1 рассказал мне, что однажды, когда родители Парня №2 куда-то уехали, он пришел к тому в гости. Там он напился вдрызг, вырубился а, когда пришел в себя, то обнаружил, что Парень №2 насиловал его. И он просто замер — отчасти из-за того, что был пьян, но по большей части из страха.

И знаете, Парень №1 — массивный парень. Очень мускулистый. Парень №2 просто маленький хлюпик по сравнению с ним. Даже будучи пьяным в говно, Парень №1 мог бы разорвать Парня №2 напополам. Он сам это признал. Он сказал, что знал, что мог это сделать, но был слишком напуган, чтобы сделать хоть что-нибудь. Он только надеялся, что Парень №2 остановится или что сам он опять отключится.

Парень №1 казался таким смущенным, рассказывая мне все это, и постоянно повторял, что он и сам прекрасно знает, что мог бы сделать или должен был сделать и что он не знает, почему не сделал ничего, но Парень №2 был его лучшим другом. Он знал его всю свою жизнь. Он и подумать не мог, что такое даже просто возможно, и если Парень №2 — его лучший друг — мог сделать с ним нечто столь ужасное, он понял, что просто совершенно не знает его. Он не знал, что за человек рядом с ним и, если он оказался способным на такое, кто его знает, на что он еще способен.

Меня эта история здорово зацепила — так как, по моему мнению, если убрать из уравнения женщину, это полностью проясняет все эти недопонимания относительно изнасилований. Мне не хочется говорить очевидные вещи, но половина наших проблем с пониманием, когда изнасилование действительно является изнасилованием, по большому счету, является отражением нашей проблемы с пониманием прав женщины и мужчины.

То есть отказ признать изнасилование изнасилованием на самом деле является отказом признать право отказать мужчине в чем-то, чего он хочет от не-мужчины. Изнасилование не столько гендерная проблема, сколько вопрос власти и привилегий; но поскольку власть и привилегии срослись с гендером в единое целое, иногда мы просто забываем об этом. Мне кажется, иногда можно получить более ясное понимание того, насколько ужасны изнасилования и насколько это действительно изнасилование, когда это происходит с кем-то, наделенным властью и привилегиями. С тем, с кем, по идее, этого не должно было произойти. С тем, с кем делать это не считается нормальным.

Однако по большей части эта история меня зацепила потому, что когда Парень №1 объяснил мне, почему он не сопротивлялся, я впервые поняла, почему некоторые женщины не сопротивляются. Он очень хорошо это сформулировал: когда кто-то, кого ты знаешь и кому доверяешь, делает нечто настолько ужасающе выходящее за границы нормального и ожидаемого поведения, этот человек становится незнакомцем, способным на все. И, что еще важнее, незнакомцем, уже показавшим что он готов на все. У Парня №1 не было оснований считать, что начни он отбиваться, Парень №2 не достал бы нож или пистолет или не сделал бы еще что-нибудь столь же неожиданное, отвратительное и ужасное, как изнасилование друга.

Вот почему насильнику вовсе не обязательно применять физическое насилие или ясно выразить намерение его применить. Когда кто-то показал себя способным грубо нарушить пределы безопасности другого человека, у его жертвы нет оснований ожидать, что для него вообще существуют границы допустимого. Если этот человек хочет секса от того, кто очень явно выразил свое нежелание, то этот человек, вероятнее всего, также может захотеть или, по крайней мере, будет способен причинить серьезные увечья, когда отсутствие согласия перейдет в физическое сопротивление.

До того, как это произошло со мной, мне представлялось, что у жертв изнасилования есть две возможности:
1. «Позволить» изнасиловать себя.

2. Сразиться с насильником и, возможно, отбиться.
На самом деле возможности три:
1. «Позволить» изнасиловать себя.

2. Сразиться с насильником и, возможно, отбиться.

3. Попытаться отбиться от насильника и вызвать обострение относительно физически безболезненного события, которое, скорее всего, продлится не более десяти минут, до чего-то гораздо более продолжительного и сопровождающегося болью, разрывами, обильным кровотечением и, возможно, даже смертью.
Насильнику и не нужно применять физическое насилие. Настаивать на сексе, получив отказ, уже показывает, насколько мало насильника интересует ваше согласие на сношение. Как далеко зайдет это наплевательское отношение? Может быть, это насильник, который получит удовольствие от секса, даже если его жертва совершенно очевидно испытывает боль? Может быть, он получит удовольствие, причиняя боль? А может быть, это насильник, который, не задумываясь, затем убьет свою жертву?

Жертва не имеет об этом ни малейшего понятия, будь насильник незнакомцем, знакомым, другом, членом семьи, бойфрендом или мужем. Потому что если бы жертва могла, взглянув на человека, определить, способен ли он на изнасилование, она бы вообще и близко не подошла к нему. Жертва не знает, что этот человек насильник до тех пор, пока не начнется само изнасилование. И когда она узнает об этом, она не имеет ни малейшего понятия о том, на что он еще способен. Ему не нужно угрожать дальнейшим физическим насилием. Изнасилование — достаточная угроза.

[…] Я знаю, что приняла в тот день очень рациональное и логически обоснованное решение не сопротивляться, когда он насиловал меня. И хотя я думала это не для того, чтобы обвинить саму себя, во время изнасилования я сказала себе: «Это изнасилование только потому, что я сказала нет. Если бы я сказала да, абсолютно то же самое не было бы изнасилованием». И еще я подумала, «Если слово «нет» делает это изнасилованием, то сопротивление сделает это изнасилованием с травмами». Единственным, что я могла контролировать на тот момент, было то, закончится ли мое изнасилование физическими увечьями для меня. И да, если бы я довела дело до этого, может быть, я смогла бы обратиться в полицию. Может быть, наши общие друзья поверили или посочувствовали бы мне, и мне не пришлось бы терпеливо объяснять им, что изнасилование — это плохо, и что я не могу оставаться их подругой, если они будут друзьями моего насильника.

И вполне возможно, в долгосрочной перспективе все это перевесило бы любые физические травмы и психологические последствия от изнасилования с побоями. Но ты не думаешь о долгосрочной перспективе, когда что-то угрожает твоей жизни, твоему телу, твоей крови. Ты думаешь «Я не хочу быть избитой», а не «Я не хочу потом без конца объяснять друзьям, почему это все-таки изнасилование». Ты думаешь «Я хочу выбраться из этого живой», а не «Наверное, мне стоит начать кричать и драться, а то присяжные не поверят, что это было изнасилование». Ты думаешь «Если он способен на такое, я вообще не знаю, на что он еще способен».

И это то, почему я знала, что случившееся со мной было изнасилованием. И каждый раз, когда меня одолевали мысли «Может быть, это было что-то другое», я возвращалась в тот момент, когда вошла в режим выживания и единственное, о чем я думала, было как выбраться из этого без травм и как можно скорее. Никто не занимается сексом с такими мыслями. И никто не переживает насилие или угрозу насилия без подобных мыслей. «Дать этому произойти» — это не согласие. «Дать этому произойти» — это выбор между прыжком с третьего этажа и автомобильной аварией, в попытке определить, в которой из ситуаций у тебя больше шансов выжить.

Из комментариев:
CR: Харриет, я тут читаю ваш пост с челюстью на полу. Все, что вы говорите, совершенно правильно — абсолютно все. Человек, напавший на меня, был тем, кого я знала и кому доверяла, хоть я и не понимала, что на самом деле совсем не знаю его, пока не стало слишком поздно. Мне задавали вопрос, обращалась ли я в полицию, а мне даже в голову не пришло сделать это, поскольку мне казалось, что никто не поверит, что это было изнасилование, так как в тот вечер я пила. Срок давности давно прошел, так что этого теперь никогда не случится. Мне было нелегко убедить даже саму себя, так как у меня не осталось физических повреждений от изнасилований (это произошло дважды в ту ночь). Но я знаю по тому, как я чувствовала себя потом. Я знала это по тому, какой грязной я себя ощущала, как больно мне было, какой стыд я испытала после того, как это произошло.

Взгляды общества на изнасилование и сексуальное насилие настолько возмутительны, а желание замять эту неприятную тему и никогда не говорить о ней просто омерзительны, особенно учитывая ее пугающую распространенность. Изнасилование — это одна из форм насилия, с какой стороны на него ни посмотри. И если кто-то говорит «нет», это изнасилование. И считать, что это не так — самое настоящее проявление менталитета насильника [гиперссылка моя - void_hours].

Я часто думаю о своей двоюродной сестре, умершей в результате изнасилования. Я задаюсь вопросом, смогла ли бы она жить с тем, что с ней сделали, если бы выжила. Такое ощущение, что людям просто необходимо увидеть все своими глазами, чтобы поверить. Такое ощущение, что жертве никогда не поверят, если только она не имеет каких-то следов или повреждений для подтверждения того, через что ей довелось пройти. Возьмем, к примеру, изнасилование и смерть моей сестры. В результате изнасилования она получила травмы, повлекшие смерть, но газеты и новости все равно охарактеризовали совершенное с ней как «вышедший из-под контроля половой акт». Такое ощущение, что им было совершенно наплевать на нее и на то, через что ей пришлось пройти. Это так отвратительно.

Мы никогда не сможем избавиться от эпидемии изнасилований в этой стране, или, если уж на то пошло, и в любой другой, до тех пор, пока мы не изменим свой образ мыслей. Я обычно довольно оптимистичный человек, но мне кажется, что эти перемены никогда не наступят.

Ruth: […] Это так похоже на то, через что мне пришлось пройти… и хотя, вообще-то, в моем случае некоторое количество физического насилия все же присутствовало, мне тоже потом сказали, что это не было изнасилованием. Меня называли шлюхой, я потеряла всех своих друзей и заработала ужасный ПТСР. И вплоть до последнего времени я сама иногда сомневалась, была ли я изнасилована и, в конце концов, решила, что будет лучше всего просто забыть обо всем и притвориться, что это был секс по согласию. Но теперь, прочитав этот пост, НАКОНЕЦ-ТО, НАКОНЕЦ-ТО я чувствую подтверждение своим переживаниям.

Потому что я сказала «нет» так много раз. Потому что я была пьяна и ничего не могла поделать. Потому что я была напугана возможными последствиями сопротивления. Потому что, когда я перепугалась и попыталась столкнуть его с себя, он навалился на меня и зажал мне рот, и я поняла, что он вообще-то может убить меня, если я не успокоюсь и не подчинюсь. Потому, что все, что я могла сделать после этого — это сидеть в душе, выть и пытаться отмыться. Но мои «друзья» сказали, что я шлюха и что я сама напросилась. То же самое сказала мне круизная компания, когда я подала на них в суд… и проиграла.

Но теперь я чувствую, что у меня есть по крайней мере одна сестра, которая на моей стороне и которая, в отличие от других, скажет «Да, она была изнасилована, и это недопустимо».

An anonymous girl: Мне тоже сказали, что я шлюха — за то, что на мне была одежда, в которой я чувствовала себя привлекательной (и которая не была слишком откровенной).

За то, что пила в тот вечер.

За то, что послушала моего насильника, когда он сказал «женщине опасно одной возвращаться домой» и позволила ему проводить меня, так что он смог втолкнуть меня в мой дом и набросился на меня.

За то, что я не сопротивлялась (после рогипнола [рогипнол — препарат, обладающий снотворным действием и применяющийся в медицинской практике для введения в наркоз — void_hours], подброшенного мне в стакан, как я могла сделать это?).

За то, что после приняла душ — я чувствовала себя такой грязной и испуганной. В ту ночь я потеряла девственность и была вся перемазана собственной кровью.

И еще один комментарий, написанный не к этому посту, но, как мне кажется, прекрасно подходящий к этой теме. Отсюда:

Suzanne: Мне стыдно признаться, но даже будучи знакомой со многими жертвами изнасилований и феминисткой, перечитавшей огромное количество работ по проблеме изнасилований… Мне всегда было трудно понять, почему в некоторых случаях взрослый человек не оказывает ожесточенного физического сопротивления, не кричит, а «всего лишь» говорит «нет» и плачет. Я понимала, что это все равно изнасилование, но просто не могла представить себя на месте этого человека. У меня в голове почему-то всегда присутствовало какое-то сопротивление, эти полуоформленные мысли вроде «ну и насколько травматичным это может быть, если она даже не закричала и не сопротивлялась?» или «а может быть, он бы остановился, если бы она начала кричать и драться? Что, если он не такой уж ужасный человек…» или «В любом случае, я бы точно так себя не вела — я бы сделала все, чтобы отбиться. Хотя бы для того, чтобы потом предъявить на суде мои травмы!»

И теперь впервые я могу честно сказать, что понимаю. Когда я прочитала вашу историю, в глубине души я знала, что вела бы себя точно так же. Правда.

И это не имеет значения, что я занималась боевыми искусствами, владею навыками самообороны и повсюду ношу с собой газовый баллончик. ДЕЛО НЕ В ЭТОМ. Дело не в уверенности в себе! Дело в том, чтó ты думаешь об окружающих тебя людях и на что считаешь их способными. Дело в доверии и в вере, что тот, кто только что слушал тебя и обращался с тобой как с человеческим существом, через каких-нибудь пять минут не начнет насильно совать в тебя свои гениталии, не обращая внимания на протесты.

В каждой из этих ситуаций я была бы совершенно ошарашена. Я бы просто не успела разозлиться или даже подобрать слова для того, что происходит. Я была бы просто шокирована, испугана и удивлена до самой глубины своей души. Я бы не сопротивлялась, я бы пыталась объяснить ему все в надежде, что он все еще тот же человек, которым был всего пять минут назад. И когда бы я поняла, что это не он, я бы запаниковала. И я не знаю, во что бы эта паника вылилась — лежала бы я, парализованная от ужаса, или истерически кричала бы, или просто молча плакала. Я только знаю, что не смогла бы контролировать это.

Читая ваш рассказ, я вспомнила охватившее меня чувство острого страха во всем теле, когда однажды на дискотеке я попыталась оттолкнуть одного парня, но он только усилил хватку. Он был настолько сильнее меня!. Мне стоило понять еще тогда, что я не брошусь драться с противником, который намного сильнее только затем, чтобы «потом иметь возможность предъявить на суде травмы»! Даже если бы я хотела это сделать, страх, скорее всего, не позволил бы мне это. Потому что он нужен, чтобы спасать мою жизнь. И, вполне возможно, он еще сделает это. Если кто-то хочет изнасиловать меня, откуда мне знать, что он не захочет также нанести мне серьезные физические увечья, а то и еще что похуже?

Когда вы в последний раз слышали, как кто-то говорит о жертве изнасилования, которая была сильно избита или даже убита «ну, по крайней мере, она сопротивлялась — какая молодец!»? Но на суде — и, к сожалению, очень часто, когда она рассказывает своим друзьям — подобное нежелание рискнуть своим здоровьем вдруг становится странным, подозрительным. Мы этого просто не можем понять.(с)

17:05 

покойник
долой хуястых сволачей!!!!!!
Кэтлин Барри «Институт и психология изнасилования» (1971)

«Существуют больные, злобные, таящиеся в подворотнях мужчины, которые жестоко нападают на невинных «хороших девочек». Существуют беззащитные хорошие парни, которых доводят до сексуального насилия аморальные женщины, которые провоцируют мужчин своим соблазняющим поведением. Изнасилование – это гнусное преступление, которое никто не одобряет, и общество пытается (насколько может) искоренить. Все эти утверждения кратко суммируют мифы об изнасиловании. Они, в действительности, мифы, в которые нас заставляют верить, чтобы скрыть реальность изнасилования, поведения женщин и действий общества. Если мы хотим бороться с этим наиболее жестоким преступлением мужчин против женщин, то мы должны изучить эти мифы и изучить скрытую за ними реальность».

Каждая женщина знакома с тем ужасом, который заставляет ее бояться изнасилования. Этот страх – один из главных факторов контроля за поведением женщины. Недавно, когда я прогуливалась по улице вечером с несколькими другими женщинами, я была поражена внезапным осознанием: в это время на улице практически не встретишь женщин, но зато часто можно встретить мужчин. Страх изнасилования держит нас вне улиц, держит нас дома за закрытыми дверьми. Страх изнасилования ограничивает передвижение женщин в тех ситуациях, когда мужчины чувствуют полную свободу и не задумываясь делают то, что не позволит себе женщина, боясь нападения. Эта свобода для мужчин и неподвижность для женщин необходимы, чтобы мужчины могли сохранять контроль не только над обществом в целом, но и над женщинами в частности.

Изнасилование – это самое распространенное и угрожающее действие, которое внушает страх всем женщинам, и потому означает, что мужчины могут сохранять над ними контроль. В этом контексте изнасилование становится институциональной необходимостью, одним из орудий контроля всех женщин, которое позволяет мужчинам сохранять власть, доминирование и контроль. Изнасилование имеет негласную легальность как определенный институт общества, и как результат, общество предоставляет мужчинам лицензию на использование женщин в соответствии со своими потребностями.

Поскольку общество контролируется мужчинами, оно предоставляет мужчинам защиту, делая их естественными преемниками права насиловать. Чтобы закамуфлировать вульгарную реальность того, что насилие против женщин подразумевается и принимается, мужчины принимают роль защитников женщин, которая сама по себе подразумевает насилие. Мужчины защищают женщин от насилия других мужчин. Таким образом, институт изнасилования с целью контроля предоставляет двойное преимущество: или право насиловать; или возможность принять на себя роль защитника женщины, и тем самым ее контролировать. Ведь если не будет насильников, то и защитники будут не нужны.

Страх изнасилования не только контролирует возможность физического передвижения для женщин; мифология об изнасиловании используется, чтобы контролировать их разум и исказить их восприятие. Женщинам внушается, что им присуща неотъемлемая сексуальная распущенность. Недавно несколько женщин обсуждали одно из дел об изнасиловании в суде присяжных. Дискуссия шла о том, как адвокат защиты позволил себе очернить характер женщин, говорил с презрением и уничижением. Пытаясь придумать способ предотвратить такие случаи, одна из женщин сказала: «В суде присяжных нас должно быть больше». Все согласились до того момента, пока до кого-то не дошло, что женщина не была обвиняемой в этом суде.

Женщин заставляют поверить, что у них есть некая бесконтрольная сексуальность, что мужчины становятся ее жертвами, и что все женщины глубоко внутри распущенны – этот миф поразительным образом сосуществует с верой в то, что все женщины фригидны. Эти мифы пропитаны мужской концепцией сексуальности. Основой сексуальности для мужчин является связь между сексуальными органами и властью. Хороший пример – традиции сексуальных ограничений прошлого и настоящего, когда считается, что мужчина не должен заниматься сексом с женщиной перед битвой, иначе она похитит у него мужественность, силу и чувство власти. Мужчины до сих пор сохраняют иррациональный страх, что женщины обладают какой-то мистической силой подчинять своей сексуальностью. Это приводит их к двум неразрывным, но противоречивым идеям о женщинах. Они не только боятся некой врожденной распущенности женщин, но и пытаются обезвредить эту распущенность, описывая женщин как невинных девственниц, что делает женщин безвредными в представлении мужчин.

Женщины же не только не связывают гениталии с властью, мы зачастую не понимаем страхов мужчин, которые они приписывают власти женщин. Мы постоянно разрываемся между двумя приписанными нам образами: нашей неуправляемой сексуальностью, и образом милой, чистой невинности. Наша ошибка в том, что мы принимаем и верим чужим определениям, вместо того, чтобы доверять себе, когда чувствуем, что эти образы не имеют к нам отношения.

Интересно, что хотя мужчины пытаются изображать женщин, как извращенных сексуальной властью и одержимых сексуальностью, есть только одно направление сексуальной эксплуатации. Это женские тела используются в эротике и порнографии, предназначенной для мужского взгляда и отражающей только мужские сексуальные фантазии. Это женщины используются как проститутки мужчинами, чтобы обслуживать их сексуальность, для которой недостаточно одной женщины. Это женщин насилуют мужчины. По-другому в этом обществе не бывает.

Но согласно мифу о женской распущенности нет по-настоящему «хороших девочек». Каждая одинокая женщина хочет мужчину, нуждается в мужчине, чтобы удовлетворить свои сексуальные нужды. Разведенная женщина просто не нашла удовлетворения с одним мужчиной, и отказалась от хорошей жизни, чтобы поддаться своим внутренним желаниям. Замужняя женщина, без сомнения, пытается наставить рога мужу при ближайшей возможности. Вдова не может удовлетвориться достойной жизнью и памятью о счастливой жизни с мужем, она начинает охотиться за мужчинами. Все эти стереотипы и рассуждения позволяют убедить и мужчин, и женщин в одном – если нас изнасиловали, мы получили только то, что хотели, и на что напрашивались.

Мужчины не просто думают, что мы тратим все свое время, охотясь на них, но многие мужчины настаивают, что мы хотим и наслаждаемся изнасилованием. Эта идея успешно используется подавляющим большинством насильников, которые оправдывают то, что сделали, и даже не считают свое насилие преступлением. Из всех исследований по сексологии, включая исследования Мастерса и Джонсон, мы знаем, что женщины не могут получить сексуального удовольствия от насильственного проникновения. Принуждение к сексу не может быть приятным для женщины.

Образ женственности также служит тому, чтобы оставлять женщин на милость мужчин. Мы считаем себя хрупкими, деликатными созданиями, и потому упускаем любую возможность научиться физической самообороне. Нас поощряют одеваться так, чтобы соответствовать хрупкому имиджу, что часто означает туфли, в которых мы еле-еле ковыляем, и вряд ли сможем побежать, обтягивающие юбки, которые тоже затрудняют быстрые шаги, и другие приспособления для ограничения движений.

В дополнение нас учат, что наша главная ценность в жизни – быть привлекательным сексуальным объектом, от нас ожидают, что мы будем одеваться и выглядеть соответственно, а потом нас же обвинят в «провоцирующем» внешнем виде. Различные виды одежды, которые символизируют нежность женщины и ее роль сексуального объекта, часто мешают бежать, пинать и двигаться в ситуациях, когда нужна самооборона, чаще всего тогда, когда нападает насильник.

Мы привыкли к бесконечным обсуждениям характера, психологии и поведения женщин, которые становятся жертвами изнасилования. Они служат лишь защите насильника, поскольку на обсуждение его характера наложено табу. Кто такие насильники? Во-первых, нужно избавиться от допущения, что все насильники – это патологически больные и извращенные мужчины, которые вполне соответствуют критериям приема психиатрических больниц.

Исследование, проведенное Менахемом Амиром, показало, что трое из пяти насильников женаты и ведут регулярную сексуальную жизнь у себя дома. Большинство насильников – это здоровые, молодые люди в возрасте от 17 до 30 лет. Исследования показывают, что мужчины, осужденные за изнасилования, — это «нормальные» люди, и мы можем прийти только к одному выводу. В нашем обществе изнасилование – приемлемое поведение для нормального мужчины.

Изнасилование также не происходит, когда эти нормальные, здоровые, молодые, зачастую женатые мужчины, поддаются власти импульса. Исследование Амира показало, что 90% изнасилований были заранее спланированы. Так что насильники не реагируют бездумно на «провоцирующее» поведение женщины, они не поддаются моменту. Они заранее все обдумывают.

Мужская роль предписывает мужчинам две функции. Они насильники и они защитники женщин. Эта двойная роль запутывает нас, мы обращаем внимание на их роль «хорошего парня» и защитника, и это часто делает нас легкой добычей, когда они решают воспользоваться своим правом на насилие. Добавьте к этому то, что в нашем обществе для мужчин смешиваются секс и насилие. Фильмы, телевидение, романы и даже наша повседневная жизнь говорят нам, что сексуальные отношения существуют на том же уровне, что и насилие на улице.

Изнасилование – это принудительный половой акт без согласия женщины. Мы знаем множество примеров изнасилования в темном переулке. Но мы склонны закрывать глаза на то, что случается гораздо чаще. Изнасилование, когда женщина согласилась сходить на свидание, и насильник решает, что она должна заплатить своим телом в конце вечера, принудительно и без согласия. Или когда женщина узнает, что чтобы сохранить работу, она должна заняться сексом с начальником, принудительно и без согласия. Или о групповых изнасилованиях женщин на рок-фестивалях, принудительно и без согласия. Скольким замужним женщинам говорили их мужья, священники и семейные психотерапевты, что их долг предоставлять свои тела для сексуальных потребностей мужа, независимо от того, хотят ли они полового акта, даже если он происходит принудительно и без их согласия. И чтобы подтвердить то, что замужняя женщина по закону – сексуальная собственность, закон защищает насильников, утверждая, что муж не может быть обвинен в изнасиловании жены. Кто такие насильники? Незнакомцы, друзья, коллеги, любовники, мужья.

Мужчины могут чувствовать себя свободно в отношении сексуального насилия, так как фактически они получают защиту закона, полиции и суда. Мужчины знают и понимают, что никаких серьезных ограничений для них в этой области нет. Осторожный подбор слов в законе и широкие поблажки в защите насильника, делают очевидным, что государство не ставит перед собой задачу наказывать насильников.

В штате Мичиган обвинитель должен доказать, что изнасилование было совершено с применением силы, и что произошло проникновение во влагалище. Нужно доказывать, соглашалась женщина или нет. Синяки, отметины на теле, порезы или раны – в глазах суда они недостаточны, чтобы доказать применение силы, остается возможность для сомнения. Тысячи насильников были оправданы, потому что заявили, что жертва дала согласие. При этом согласием может быть все, что угодно – приглашение насильника войти в ваш дом, неспособность закричать или кричать достаточно громко. Все, что женщина делает, может быть использовано против нее в суде. И потому нет другого вывода, кроме как о том, что суды – это часть института, который позволяет калечить и убивать (всегда возможно при изнасиловании) женщин.

Позволяя другу мужского пола войти в ваш дом, вы лишаете себя возможности выиграть дело в суде, если он внезапно решит изнасиловать вас. В глазах суда, пуская мужчину в дом, вы соглашаетесь на половой акт с ним. Суды, очевидно, считают, что открытая дверь приравнивается к открытию вагины для полового члена.

Как бы грубо и вульгарно не звучал этот вывод, мы должны понять, что так считает это общество, так считают суды, и только в отношении женщин. Представьте, что один мужчина пригласит другого к себе домой, гость жестоко его изобьет, покалеченный хозяин дома подаст в суд на бывшего друга. В то же время, женщина в случае изнасилования вряд ли даже подаст в суд на бывшего друга, потому что суд не поверит, что она не давала согласия.

Но если изнасилование определяется как сексуальный акт без согласия женщины, тогда мужья, любовники и все мужчины, которые могут считать женщину своей собственностью, должны в равной степени нести ответственность в случае изнасилования. Тогда женщины должны быть защищены и иметь больше свободы передвижения, и цепи контроля могут не выдержать. Создается впечатление, что полиция и суды пытаются предотвратить именно это, а вовсе не изнасилования.

Здесь находится сердце сексизма и его грубого уродования женщин. И сейчас мы должны серьезно спросить, против кого идут судебные разбирательства. В первую очередь, женщины не должны делать ничего, что может предотвратить изнасилование и спасти их жизнь. Они не должны пытаться отвлечь внимание насильника, или уговорить его направиться в место, где им могут помочь, они не должны сохранять тишину вместо того, чтобы кричать, что может привести к тому, что насильник попытается «заткнуть» их с помощью еще большего физического насилия. Требование суда доказать проникновение во влагалище также способствует тому, чтобы защитить насильника и еще больше травмировать женщину. Единственный способ это сделать, это провести гинекологический осмотр и определить следы спермы. Конечно, это не сработает, если у насильника не было оргазма. А если сперма есть, но у женщины был сексуальный контакт в течение 24 часов перед изнасилованием? Доказать же сам факт вагинального проникновения можно только если у женщины нет сексуального опыта, в противном случае это невозможно. Но пока суды держатся за это требование, женщине, чтобы сообщить об изнасиловании, нужно бежать в местную больницу, в неотложное отделение, где обычно для нее начинается цикл унижений после изнасилования.

Отношение к женщине после изнасилования как со стороны врачей, полицейских и других людей ясно показывает, что она нарушила правила, сообщив об изнасиловании и обратившись за правосудием. Отношение полицейских в таких случаях часто сводится к сексуальным оскорблениям. Многие из них получают извращенное удовольствие, заставляя женщину снова и снова описывать изнасилование во всех подробностях, хотя их первоначальный отчет обычно не требует всей этой информации, которую они вытягивают из женщины. Поскольку закон требует доказательства проникновения во влагалище, женщина должна пройти вагинальное обследование. Здесь врач относится к женщине, либо с безразличием, либо с садизмом. Одна женщина недавно рассказывала, как она приехала в больницу после изнасилования, явно была расстроена и не могла перестать плакать, а врач просто встряхнул ее, крикнув «Да заткнись ты, сучка!» В конце концов, врач знает, что полиция привела ее сюда только чтобы собрать доказательства, что она не лжет.

Разве не очевиден факт, что на самом деле это суд ради самого факта суда, и что это женщина предстает как обвиняемая. И сейчас остается последний вывод: это общество защищает насильников, потому что оно пропитано ненавистью к женщинам, ко всему, что с ними связано, особенно к их сексуальности.(с)


во-во.лично под моим окном летом ночью только пьяные мужыки тусовались,орали матерились и баб не было ваще.охуевшые мрази

09:57 

lock Доступ к записи ограничен

Итицкая сила!
Твоя межгалактическая чюма ☆彡
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

19:27 

Что Есенин может дать Жукову

Succin
Это всё я. Это всегда я. И даже когда вам кажется, что это не я - это всё равно я.
Часто то тут, то там возникает вопрос «А что Есь может дать Жукову?». Порой это спрашивают другие тимы, и в голосе их отчетливо слышится «Отхватили себе дуалов, а!», а порой спрашивают искренне и недоуменно. И когда поступил уже запрос на статью – я все же решился.
Так вот, что же могут дать Есенины Жуковым? Ответ на это ниже.
Поправка как всегда – все основано на личном опыте, так что махровое ИМХО.

читать дальше

@темы: Жуков, Есенин, отношения

22:21 

15.03.2011 в 19:01
Пишет Sinkler:

Торговое звено под кодовым названием А.

Дон: Даже дураку должно быть понятно, что бизнес должен выйти из тени и стать полностью прозрачным! И чтоб торговля не стояла!
Дюма (с искренней горечью): Его не покормили?
Гюго (заинтересовано, и придвигая к себе сумку, где заначен домашний пирожок):Кого?
Дюма ( с сочувствием, призывая Гюго в свидетели): Бизнес, конечно! Худенький совсем, прозрачненький, солнышка боится, из тени не выходит. (умильно) Гюго!
Гюго: Накормим, конечно! Прямо сейчас и начнем, чего время-то терять!
Робеспьер (ошарашено): Кого кормить? А как же составление нашего бизнес-плана? Я тут расписал по пунктам. Во-первых,
Гюго (вскакивая и перебивая): Некогда по пунктам! У нас Бизнес загинается, совсем прозрачный, надо найти и покормить!
Дон (с удивлением взлохмачивая волосы): Вы все уверены, что я именно это имел в виду?

Резюме: Бизнес покормить, торговлю – на тренажеры, пусть бегать учится.


читать дальше

URL записи

Вопрос: Нравится?
1. Да 
45  (100%)
Всего: 45

@темы: 16 типов, 4 квадры

17:08 

lock Доступ к записи ограничен

Marita~
Каждый выбирает по себе
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

16:44 

Astrik
Nothing is ever simple./Ничто никогда не просто.
Милые дамы,хочется сладкого,но не бомбу из калорий)Диета к выпускному немножко всё-таки)Идеи есть?)А то у меня пока только один вариант - яблоки :)

@темы: Вопросы

13:07 

Бальзам для губ 36`6 Natura Уход+объем

Илдре Аускайте
Доверяй Ивановой и себе. Есть сомнения - убей.


Что пишут:
Natura Бальзам для губ. Уход+объем. Земляника — Блески для губ Natura «Уход + Объем», основанные на натуральных ухаживающих компонентах, сделают Ваши губы соблазнительно сочными, гладкими и нежными! Содержит экстракт лотоса, масло карите, витамины А, С, Е. Увлажняет, защищает, увеличивает объем.

На деле:
Так, начну с того,что у меня очень, очень сухие губы. Сохнут моментально, постоянно трескаются, покрываются колючей коркой, ничего не помогает. Караул-спасите-помогите-тону! Вчера по наводке подруги купила этот бальзам, польстившись на состав. Намазала. К сегодняшнему утру мои колючие губы стали мягкими, гладкими и здоровыми. Волшебство, да и только!
Теперь по пунктам:
1. Удобная упаковка-тюбик,
2. Бальзам наносится пушистым спонжиком, впервые с таким сталкиваюсь, очень удобно, с дозировкой не переборщишь.
3. На все сто выполняет обещанное, то бишь: лечит, увлажняет, питает, защищает. Эффект моментальный.
4. Экономичный, долго держится. У меня очень сухие губы, поэтому мне надо наносить 2 раза в сутки, подруга наносит вообще 1 раз на ночь и довольна.
5. Приятная текстура. Я очень не люблю блески за то, что они, как правило, липкие и противные, а этот - густой, вязкий, очень приятно ложится на губы. В первые 10-15 минут чуть-чуть липковат, но это не раздражает, если губы не трогать, потом он слегка впитывается и все окей.
6. Придает губам объем и красивый глянцевый блеск. Слегка тонирует, оттенок приятный, естественный.
7. Отдушка и привкус слабо выражены, и слава богу.
Итог: очень довольна, обязательно куплю еще, только не землянику, а медовый, он в маслом какао.

Цена: 199 р. в Аптеке 36`6

Оценка: 10

@темы: 10 баллов, Бальзам для губ

17:43 

lock Доступ к записи ограничен

U.G.L.Y.
сракофаг © ебанарт
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

17:21 

Доступ к записи ограничен

http://kayrosblog.ru
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

05:56 

London

Sileni
William Hyde




+9


из подборок Диаскоп

@темы: улица, силуэты, графика, архитектура

20:17 

Dan Kim

Tiresias
Encore un moment, monsieur le bourreau
20:20 

bosetsu
Jack of all trades, master of none
29.10.2011 в 14:31
Пишет Velvet Goldmine:

Угловые портреты, Irving Penn
Наконец то нашла! Некогда эта серия меня поразила и заворожила, как композицией так и эмоциями.


Truman Capote

+++

URL записи

@темы: фото, знаменитости

13:00 

Diary best
Искатель @сокровищ
Пишет Флыф:

Romona Youngquist (род. 11 января 1960) - художница-самоучка из Восточной Оклахомы, сейчас живет где-то на маленькой ферме в Орегоне. Рисует.
А еще ей нравится Russell Chatham, о котором я писала тут. Так интересно натыкаться на такие связи... И она мне нравится больше :)


Еще 14 штук.

URL записи

Не свое | Не Бест? Пришли лучше!


Вопрос: Бест месяца?
1. Да! 
223  (100%)
Всего: 223
20:16 

Audrey Tautou

Соль жизни в том, что она не сахар ©
03.08.2008 в 19:10
Пишет [J]SpyKate[/J]:

Ralph Wenig

клик


URL записи

@темы: black & white, Women, France, Cinema, Audrey Tautou

13:01 

* Marilyn Monroe

Соль жизни в том, что она не сахар ©

Marilyn Monroe
Bert Stern Photoshoot, 1962

:ps: Я так понимаю, что должна благодарить Lindsay Lohan, за то что она снялась в фотосессии в образе Marilyn Monroe, так как фотки Мерлин стали везде выкладывать в больших количествах... И я собрала "не большую коллекцию" одного из самых любимых сетов... Лично я открала для себя очень много новых фоток, надеюсь и вы тоже... Приятного просмотра)))
Качество фоток конечно не супер, зато размер большой=)), но лично я не жалуюсь)))



+ очень много +

@темы: black & white, Erotica, Retro, Women, Marilyn Monroe, Bert Stern

13:00 

Diary best
Искатель @сокровищ
Пишет femme mariee:

про людей
“Created equal” (“Созданные равными”)

Марк Лайта
(источник БЛОГбастер)
В своей фотокниге “Created equal” (“Созданные равными”) фотограф литовского происхождения Марк Лайта из Детройта показывает всю многогранность человечества вообще, и американцев в частности. Над этим фотопроектом Марк работал 8 лет, снимая в 48 разных штатах. Каждый диптих книги — отдельная завершенная идея, заставляющая зрителя серьезно задуматься о жизни на земле и о себе самом. Мир многогранен, и каждому важно найти в нем свое место.


Многоженец / Сутенер, 2004/2003 гг.

>дальше

URL записи

Не свое | Не Бест? Пришли лучше!


Вопрос: Бест месяца?
1. Да! 
363  (100%)
Всего: 363
13:14 

цилиндр. Туториал бай Morna.

loli crafts
как сделать вот такой цилиндр



вам понадобятся:
1. картон, как минимум 2 листа А4
2. ткань, в идеале тянущаяся хотя бы по 2м направлениям
3. ножницы
4. циркуль
5. клей, можно и для бумаги, но момент надёжней) + клейкая лента
6. швейная машинка)
7. ободок
8. что-то для украшения шляпки
9. много терпения и аккуратности)

читать дальше

@темы: аксессуары, туториал

Paradis inanimé

главная